АВТОРИЗАЦИЯ | Регистрация |
  
ПОИСК
 
EN

RU

Инфракрасная фотография. Невидимые фантазии



21.07.2006

Во время инфракрасной съемки невозможно глазами увидеть предполагаемый сюжет. Его можно только почувствовать — душой. Вообще эта фотография такая же зыбкая и едва уловимая, как наши мечты и фантазии

Как-то я наткнулся на занятное описание инфракрасной фотографии, как «фотографии невидимого». Это замечание абсолютно точно, т.к. инфракрасные лучи совершенно не видимы человеческому глазу. Так же и фантазия недоступна зрительному восприятию. Она открывается лишь внутреннему взгляду. Для фотографа реально не то, что видимо, а то, как эта видимость преломляется в его внутреннем мире, через его фантазию. Он воспринимает мир не только глазами, но и душой.

Для меня как фотографа инфракрасная пленка — это просто идеальный инструмент для воспроизведения образов, встречающихся в очень специфических сценах и ситуациях. Поразительно, как иногда художники, подходя творчески к некоторым инструментам и изобретениям, находят им уникальное применение, далекое от их исходного назначения. Так, описание фортепьяно, с точки зрения физика, сводится
к набору маленьких молоточков, ударяющих по металлическим струнам для получения звуков различных нот и гамм. В руках пианиста сила удара молоточков превращается в мелодию и гармонию.

Инфракрасная пленка разрабатывалась и исходно рассматривалась как инструмент для «холодных» научных и военных задач, но для художественной фотографии… ее применение многообразно. Так, например, при съемке пейзажей небо окрашивается в черный цвет, а листья и зелень вообще выглядят, как запорошенные снегом, что придает всей картинке загадочный образ сновидения. Это обуславливается не истинным цветом объектов, а тем, как они отражают или поглощают инфракрасное излучение. Голубое небо и синяя вода оказываются в ИК-снимках черными вовсе не из-за своей синевы, а потому, что они сильно поглощают инфракрасные лучи. Листва и трава, с другой стороны, становятся белыми не из-за своей природной зеленой окраски, а из-за того, что хлорофилл практически полностью отражает инфракрасное излучение. (Инфракрасная эмульсия чувствительна как к ИК-лучам с длиной волны более 700 нм, так и к лучам в нормальном видимом диапазоне).

Впервые я успешно применил инфракрасную пленку при съемке руин сооружений майя в штате Юкатан в Мексике. Эти руины утопают в тропической растительности. Если снимать их на обычную черно-белую пленку, они наверняка будут выглядеть серыми, с фрагментами, различающимися лишь насыщенностью цвета. Картинка запутывается еще больше из-за того, что обильная растительность на черно-белой фотографии запечатлевается такими же серыми пятнами, что и сами развалины. Так, единственный способ выделить на фотографии руины — это использовать инфракрасную пленку.

У инфракрасных пленок сравнительно крупное зерно, и их разрешающая способность ниже, чем у их «нормальных» черно-белых аналогов. Даже при тщательном экспонировании и качественной обработке плотность изображения все равно выше, чем на обычных пленках. Поэтому для проявления инфракрасных пленок важно использовать проявители, компенсирующие размер зерна.

Успешный опыт подсказал мне, что инфракрасная фотография может занять свое место в моей творческой палитре. С тех пор я всегда присматриваюсь к объектам в поиске сферы применения инфракрасной фотографии. На протяжении нескольких лет я тщетно искал объект, на котором применение нового приема было бы столь же эффективным, как в съемках в Юкатане.

В мой третий приезд в Мюнхен, в последний день пребывания делать было нечего, и я решил просто погулять по городу, заходя в те его места, где до того не был (кстати, как это часто бывает в старой «зябкой» Германии, день был сырым и серым, все утро моросил дождь). Я как-то прочитал в путеводителе по Мюнхену о каком-то кладбище. Вооружившись зонтом, я направился туда, желая узнать, почему это простое кладбище упоминается в путеводителе.

Во все времена критики спорили, действительно ли в творческом процессе идея предвосхищает изображение. В описываемом случае подходят обе интерпретации. Концепция Смерти трактуется европейцами (не-испанцами)
и испанцами по-разному. У «европейцев» смерть не столь драматична, не внушает такого ужаса, возможно, даже более «поэтична». «Мы» никогда не рассматриваем кладбище как «чудесное место». Это место почтения и уважения, оно почти святое. Я был поражен, увидев, что Старое Кладбище на юге Мюнхена превратилось в общественный парк: захоронения были вынесены, остались лишь монументальные надгробия в центре участка, выглядевшего как хорошо сохраненный лесок, замечательный островок живой природы, по которому мамы катали коляски со своими малышами и как ни в чем не бывало фланировала публика. Нет нужды говорить, что я сразу же влюбился в это место с его спокойствием, с почерневшими от времени надгробиями, контрастирующими с величественными деревьями и изумительной зеленью. Я посетовал, что это мой последний день пребывания в Германии и что погода такая неудачная. Это мог быть райский уголок для инфракрасной фотографии!

Я вернулся домой, и на протяжении нескольких недель образ этого места преследовал меня… и я продолжал упорно размышлять о нем. В итоге принял решение и вернулся в Мюнхен.

Я приехал со всем оборудованием, которое могло пригодиться для фотографирования: моя камера, сумка, нагруженная объективами и трубами, и проч.

Я чувствовал себя как во сне… Начал присматриваться к вещам «инфракрасным взглядом» и сразу же стал фотографировать, останавливаясь только для перезарядки пленки в специально предусмотренном для этого ящике. Я снимал без остановки три или четыре часа, пока в какой-то момент не почувствовал, что все, что надо, уже снято. Я внезапно обнаружил, что использовалась только одна камера и один объектив: все было снято 35-мм оптикой. Казалось, что все происходило по волшебству. Да и этот день в ту поездку был единственным солнечным днем.

Затем я проявил пленки и отпечатал снимки на контрастной бумаге. В последующие пару дней увеличил фотографии и смонтировал все картинки в единую серию. На данный момент это одна из моих любимых коллекций.

Все это происходило в последнее десятилетие. С тех пор в мире фотографии многое изменилось. У меня больше нет темной комнаты, я больше не работаю с пленками. Все стало цифровым — и в моей профессиональной деятельности фотографа, и в любительской съемке… Но я все еще храню ту 35-мм SLR-камеру с тем же объективом, а в морозильнике все еще лежит около 40 инфракрасных пленок. Я все еще приглядываюсь и выискиваю темы для «инфракрасных проектов». И не сдамся, пока снова не найду подходящий для этой цели вид, как бы ни искушали меня новые мегапиксельные цифровые камеры.

Вместо заключения. Недавно на презентации цифровой фототехники рядом авторов был показан комплекс процедур, позволяющих воспроизводить на цифровой камере эффекты, подобные инфракрасной съемке. Затем можно использовать какую-либо электронную программу обработки изображений, например, популярную Adobe Photoshop, для редактирования снимков. В результате можно добиться графических эффектов, схожих с инфракрасной фотографией. Однако точного воспроизведения результатов съемок на инфракрасной пленке все равно не получится.

Луис КАСТАНЬЕДА / Luis CASTA&327;EDA
Все фотографии: © Luis CASTA&327;EDA

Дополнительная информация: www.elcastaneda.com
Тест: F&V №1, 2006


КОММЕНТАРИИ к материалам могут оставлять только авторизованные посетители.


Материалы по теме

Самат Гильметдинов: «Я хочу призвать людей беречь и сохранять первозданность дикой природы»

Самат Гильметдинов: «Я хочу призвать людей беречь и сохранять первозданность дикой природы»

29.04.2016
Изменение видимого. Фотографическая монотипия

Изменение видимого. Фотографическая монотипия

Скрадывая детали и выявляя движения, монотипия подчеркивает суть сюжетов и помогает создать неповторимый отпечаток
18.11.2015
От Цюриха до Женевы. Тревел-фотография: Швейцария

От Цюриха до Женевы. Тревел-фотография: Швейцария

Фотографы любят путешествовать на автомобиле. «Все, что дальше 500 ярдов от машины, — нефотогенично», — сказал однажды знаменитый американский мастер Бретт Вестон. Камеры, объективы, штативы, личные вещи можно носить на себе, но на четырех колесах удобнее
18.11.2015
Дело по любви. Создание мягкорисующих объективов

Дело по любви. Создание мягкорисующих объективов

Разрабатывать такие сложные и точные инструменты, как фотографические объективы, могут не только известные корпорации, но и грамотные любители художественной оптики
18.11.2015

Foto&Video № 11/12 2015 СОДЕРЖАНИЕ
Foto&Video № 11/12 2015 Портфолио. Искусство искусства. Владимир Клавихо-Телепнев
Портфолио. Московский палимпсест. Михаил Дашевский
Письма в редакцию. Письмо 80. Ода возрасту. Авторская колонка Ирины Чмыревой
Опыты теории. О статичном и динамичном. Авторская колонка Владимира Левашова
Тест. Широкоугольный объектив Zeiss Batis Distagon T* 2/25
Тест. Фикс-объектив Yongnuo EF 50/1.8
Тест. Зеркальная фотокамера Nikon D7200
Тест. Смартфон LG G4
Тест. Монитор LG UltraWide 34UC97
Читательский конкурс. Альтернативная реальность. Тема — «Коллаж»
Практика. Изменение видимого. Фотографическая монотипия
Практика. Дело по любви. Создание мягкорисующих объективов
Практика. От Цюриха до Женевы. Тревел-фотография: Швейцария
Репортаж. Диалог открыт. Фестиваль «Фотопарад в Угличе — 2015»; Ярославская обл.
Репортаж. Общность памяти. Фестиваль PhotoVisa 2015; Краснодар
Репортаж. За свободу слова. Фестиваль Visa pour l’Image 2015; Перпиньян, Франция
Моя фотография. Фарит Губаев: «Анри Картье-Брессон»

Календарь событий и выставок

<< Апрель 2020 >>
   12345 
 6789101112 
 13141516171819 
 20212223242526 
 27282930 
  
Сегодня
05.04.2020


(c) Foto&Video 2003 - 2020
email:info@foto-video.ru
Resta Company: поддержка сайтов
Использовать полностью или частично в любой форме
материалы и изображения, опубликованные на сайте, допустимо
только с письменного разрешения редакции.

Яндекс цитирования Rambler's Top100