19.08.–14.09.2008. Москва. Яков Каждан. «233°C»

Художник Яков Каждан хорошо знаком московской публике: номинант на премию «Инновация» в качестве молодого художника, призер фестиваля «Изолента», участник многочисленных видеофестивалей и групповых выставок в России, Германии, Бельгии, США, любимец зрителей фестиваля «Пусто», ныне востребованный видеохудожник, чьи работы хранятся в ведущих московских музеях и крупнейших международных частных коллекциях. Наибольшую популярность в художественном сообществе ему принесли видео и инсталляции, связанные с исследованиями феномена рекламы и его взаимодействия с коллективным бессознательным.

Новая выставка открывает его более ранний период творчества конца 1990-х – начала 2000-х гг. Тогда Каждан занимался перформансом, где основную роль играла бумажная одежда. 233°C – это эквивалент 451°F, прославленной Брэдбери и Трюффо температуры, при которой горит бумага.

Поводом к выставке послужил новый полнометражный фильм художника, ставший для него этапным автобиографическим экспериментом. В фильме исследуется тонкая грань, на которой личное переживание становится фактом творчества. Герой фильма – студент; через романтическое увлечение он становится художником, чей творческий метод – перформанс с бумажной одеждой. Достигнув некоторых успехов, герой оказывается в ситуации, когда ему придется решить, что для него является самым важным в жизни. И температурная граница 233°C играет здесь далеко не последнюю роль.

Выставка «233°C» объединит практически все проекты Якова Каждана, осуществленные до 2002 г.: «Золотая интродукция к балету «Голем», «Пер Гюнт», «Библейский проект», «Да здравствует искусство Татлина!», «Ноль за поведение», «Бумажная свадьба», «Сон», «Дикие Лебеди», «Communication Food» и даже небольшой перформанс, представленный Тимуром Петровичем Новиковым на концерте «Новой Академии» в 1999 г. Видеодокументации дополнены реальными артефактами перформансов – бумажными платьями и костюмами, навечно мумифицированными в тонких пластиковых боксах, словно уорхолловские «капсулы времени».

Эти объекты отличает кропотливая работа над хрупким материалом, иногда занимающая до нескольких месяцев, – и все это ради одного перформанса. Время становится важнейшей темой бумажного творчества. Попытка создать мгновенный образ, который уже никогда не повторится, напоминает попытку создать видео без самой технологии видео, которое всегда требует подготовки, монтажа, но может быть просмотрено за короткое время.

Барочная избыточность образов и сама бумажная одежда в свое время провоцировали сравнение Якова Каждана с модельером, кем он никогда не являлся и не стремился стать. Эпатаж его перформансов ассоциировался с театром. Междисциплинарный принцип сделал работы Каждана востребованными в разных рубриках культурных новостей. Перформансы демонстрировались на показах мод, в галереях, на телевидении, в театрах и даже в клубах. Однако художественные задачи и авторский язык возвращают эти работы в контекст современного искусства.

Наивная искренность 90-х никогда не возродится к жизни, платья уже не могут быть одеты – еще и потому, что температура эпохи изменилась. Те самые 233°C отделяют девяностые от нулевых, и фильм «Дохлая кошка» заканчивается костром из бумажных платьев.