17.06.–01.08.2009. Москва. Владимир Лагранж. «Люди Y. Репортаж из параллельного мира»

Они привлекают и отталкивают. Манят и пугают. О них не говорят. Их не обсуждают. Эта тема – табу.

Галерея FotoLoft покажет вам репортаж из параллельного мира, в который нет доступа нам, «нормальным». Мы не можем представить себе, как это — воспринимать мир по-другому, как смотреть на него иными глазами, что значит быть не такими как все, когда цвета реальности другие, когда звуки искажены, когда ты – это не ты. Все, что мы можем, - это попытаться не отмахиваться от существования таких людей.

Ведь главная причина их изоляции – наш подсознательный страх, борющийся с любопытством, желанием не знать, не впускать их в наше общество обычных людей.

Их мысли, воображение, поведение ничем не скованы, никто из нас не может себе такого позволить. Может, мы их сторонимся оттого, что завидуем этой свободе? Но при этом мы любим смотреть о них фильмы, любим читать про них книги, проявляем интерес к жизни Ницше, Ван Гога, Достоевского, Врубеля и др.

Интерес этот идет от эпохи романтизма, когда понятия гений и лишенный рассудка стали настолько близки, что потерялось различие. Образы таких людей обрастали легендами, поэтизировались, но при встрече с ними лицом к лицу пропадает романтика, и остается только сочувствие.

Владимир Лагранж использует в своих работах цветовое решение, которое позволяет зрителю быть одновременно по обе стороны кадра – видеть людей на фотографии и одновременно почувствовать нереальность происходящего, драматизм, жизнь без ощущения времени.
По сюжету - это скорее «реализм на грани» - так можно определить жанр работ Лагранжа, но по художественному решению, наверное, не было в истории мирового искусства ничего подобного: сочетание столь жизненно-правдивых сюжетов с абсолютно нереальными красками, искривленным пространством, которое передает ощущение безысходности, как на картине Ван Гога «Прогулка заключенных».

Душевная аномалия всегда мучила и привлекала художников. Так, Жерико писал портреты, выделяя особую интроспекцию, акцентируя психологические особенности каждого героя, вслед за Веласкесом, нарушая господствующие эстетические нормы.

На кадрах Лагранжа эти люди показаны без прикрас, как они есть.

Фигуры, будто трехмерные, стремятся выйти из предельно насыщенного красками фона, глубокие тени обрамляют силуэты, скрывая детали.

Концентрация внимания - на лице, на глазах, взгляд выхватывает их из пространства фотографии, вовлекая нас в глубину личности героя. На каждую работу можно смотреть бесконечно, и они не требуют объяснения, мощная энергетическая составляющая выходит на первый план и действует на зрителя на иррациональном уровне. Возникает желание сопереживать человеку на фотографии, понять его историю, причину изоляции.

В ХХ веке стали интересоваться искусством так называемых аутсайдеров, посторонних, находящихся вне общества, назвав его «арт-брют», «аутсайдер-арт», но самими этими людьми интересуются только врачи и их родственники. К ним почти не ходят волонтеры, их не посещают артисты театра и кино. О них молчат, не знают и не думают. Они живут за гранью общества, не вписываясь в него, существуя в параллельном мире.

Мы попробуем приоткрыть вам двери в этот мир, где все не так, как у нас.
В экспозиции будут представлены 36 работ (150х70см) – репортаж из психиатрической больницы.

ВЛАДИМИР ЛАГРАНЖ О ВЫСТАВКЕ
Центр Москвы. Старый особняк, преврашенный в огромную коммуналку, и дворик, где происходили все наши детские игры. Иногда здесь появлялась седая дама - наша соседка, которая прогуливалась или долго стояла на одном месте, совершенно не обращая внимания на нашу беготню и крики. Бывало, она надолго пропадала, и однажды из окна я увидел, как ее уводили санитары, она была одета в длинную рубаху с завязанными рукавами. Бабушка сказала, что ее увезли в сумасшедший дом.

Много лет спустя я делал фоторепортаж из психиатрической больницы. Так появились совершенно реальные фотографии, которые натуралистично, жестко показывали параллельный нам мир. Представьте огромную сцену, где в каждом уголке совершается какое-то действо, идет своя, сугубо своя жизнь, где все предметы, позы людей, их движения приобретают иной, неведомый нам смысл. Наша жизнь где-то там, а здесь и свет, и запах, и звуки совершенно другие. Все другое. Меня переполняли эмоции. Нужно было остыть. Страшная правда реальности этого мира заставила меня отложить репортаж. Нужно было переосмыслить эту тему. Так прошло 20 лет. И только теперь, занимаясь архивом, сканируя негативы и слайды, я вновь углубился в эту проблему. Я как бы увидел их мир изнутри, посмотрел глазами этих людей и, что самое главное, - ушел от конкретики, и в этом мне помог сбой в компьютере. Появилась обобщенность образов, того внутреннего мира, в котором они живут, изменились лица, обстановка, цвет, свет, контраст, люди стали неузнаваемы. Смею предположить - так выглядит окружающий мир их глазами. Может возникнуть вопрос, а зачем все это представлено зрителю? Ответ для меня очевиден - чтобы мы все попытались разобраться в себе, в каком круге рая или ада мы находимся.

ОБ АВТОРЕ
Владимир Руфинович Лагранж родился в 1939 году в Москве. 1959-1963 учился в МГУ на факультете журналистики, работал в «Фотохронике ТАСС».

1963–1989 - фотокорреспондент в журнале «Советский Союз».
1989-1991 – в журнале «Родина», в 1991-1995 – в Московском бюро французского агентства «Сипа-Пресс».

В основном работал в жанре экономического, социального и политического репортажа.

Фотографии Владимира Лагранжа публиковались во многих советских журналах и газетах, а также в «Фрайе Вельт», «Ньюс Уик», «Пари Матч» и др. В 1987 году среди 100 фотокорреспондентов со всего мира участвовал в создании книги «Один день из жизни Советского Союза», изданной в США.

В 1963 году награжден золотой медалью на фотовыставке в Будапеште, а в 1965 – бронзовой медалью в Москве. С 1964 года – член Союза журналистов, с 1991 – член Союза фотохудожников. В 2002 году – лауреат премии «Золотой глаз России».

С детства Владимир Лагранж находился в атмосфере, пронизанной романтической историей его семьи, корни которой на земле Франции и Италии. В 1812 году в России погибли его предки – начальник Штаба Короля Неаполитанского полковник Ла-Гранж и его жена, уроженка Неаполя из дома Чиккини, но остались жить их дети, сын и дочь, положившие начало «русской» ветви Лагранжей, в которой сплелись имена графа Милорадовича, Федора Глинки, императора Александра I и императрицы Марии Федоровны, военных и художников.

Военным был дедушка – Владимир Владимирович, окончивший кавалерийское училище. Художницей – прабабушка, Елена Петровна Самокиш-Судковская, входившая в первый Дамский художественный кружок (1882-1918 годы), чьи работы выставлялись вместе с полотнами мэтров русского искусства.

Один прадед – Р.Г. Судковский -- маринист, академик живописи, другой – Н.С. Самокиш – баталист, также академик живописи. Художницей была и бабушка – М.Р. Лагранж-Судковская. Отец закончил операторский факультет ВГИКа, мама работала фоторедактором.