АВТОРИЗАЦИЯ | Регистрация |
  
ПОИСК
 
EN

RU

Петр Оцуп. Пространство революции

101 103 104 105
106 107 108 109
110 111


Гражданская война. Бронепоезд под Царицыном 1918
Бромсеребряножелатиновый отпечаток, тонирование, ретушь: тушь
Печать 1930-х гг.
© РГАЛИ

16.10.2007

Выдающийся советский фотограф. Его произведения до сих пор принимают участие в выставках по истории России XX века и публикуются во многих странах мира

Текст: Ирина ЧМЫРЕВА

Есть художники, чье призвание — поиск языка, обретение новых форм, открытие новых горизонтов. Но есть те, кто, родившись в эпоху перемен, считают своим долгом запечатлеть как можно полнее и точнее свое время. Петр Адольфович Оцуп (1883–1963) из их числа. Фотограф, фоторепортер, мастер «кремлевских портретов» 1920–1930-х гг.

Как многие, кто оставил свой след в истории русской революции, благодаря ей он вышел на авансцену из тени: ученик фотографа, молодой фоторепортер, он становится в 1918 г. ведущим официальным портретистом новой власти. Долгие годы его снимки украшали первые полосы журналов и газет, его имя было на слуху: по рисункам c его снимков делался барельеф на ордене Ленина, изображения вождя на советских деньгах. Персональная выставка Оцупа, собранная в 1940 г., объехала 49 городов СССР.

В конце жизни он становится живой фотографической легендой; его текст «Как я фотографировал Ленина» вводит в обращение фразу, якобы сказанную Лениным: «Историческое значение фотографии очень велико. Картина художника не может так быстро и точно зафиксировать события, как фотоснимок. Делайте поменьше снимков отдельных лиц, уделяйте больше внимания массам, старайтесь зафиксировать события».

В 1960-х гг. эта фраза послужила отчасти толчком к изменению статуса фотографии в советском обществе, развитию фотоклубного движения, реформированию языка репортажной фотографии, постепенно превратившейся за годы правления Сталина в откровенную постановку.

О самом Оцупе и в 1970–1990-х гг. писали много, но чаще противопоставляли его творчество знаменитому русскому конструктивизму, фотографии Родченко. Считалось, что сюжет на снимках Оцупа застыл и архаичен, как на репортажных фотографиях дореволюционной России. Оцуп действительно был ярким представителем старой школы профессиональной фотографии, был мастером света и многофигурных сцен. Но только масштабное знакомство с его наследием позволяет увидеть, как этот художник создавал в своих фотографиях исторические композиции, до сих пор впечатляющие зрителя грандиоз ной панорамой событий 1920–1930-х гг. Многие приемы съемки Оцупа начала 1920-х гг. опередили стиль того времени и даже спустя десятилетие не были осмыслены в полной мере.

Петр Оцуп был третьим ребенком в семье Адольфа и Хаи Оцуп. Когда он появился на свет, его старшие братья были уже подростками и жили в учениках, отдельно от семьи. Младший осиротел в 7 лет… Сбежал из дому и, в конце концов, поступил в ученики к фотографу Александру Андреевичу Елкину, яркому представителю профессиональной фотографии в столице, сочетавшему знание профессии (техники съемки и печати, работы со светом и законов композиции) и талант коммерсанта.

Его студия была миниатюрным фотографическим производством: ателье на Вознесенском проспекте Петербурга с представительной парадной частью и портретами знаменитостей в качестве рекламы; большие, хорошо оснащенные съемочный павильон, лаборатория и ретушерная комната (что само по себе было непременным условием успешной работы фотостудии в те годы) и штат из 8–10 учеников. Одним из них, самым младшим по возрасту, в 1892 г. становится Петр Оцуп.

Старая цеховая система образования от учителя к ученику была плодотворной: ученик проходил через все стадии погружения в профессию, от черновой работы по подготовке к съемке, от ретуши и ассистирования — к концу обучения он уже самостоятельно снимал в павильоне и был в состоянии оценить как результат своей работы, так и качество подготовленных к съемкам материалов, а потом проявки и печати снимка.

Но система образования от учителя к ученику была консервативной: быстрое развитие фотографической техники опережало ее внедрение в мастер ских, где велось обучение. Поэтому, чтобы добиться успеха, молодой автор должен был постоянно заниматься самообразованием. Оно включало в себя знакомство с новинками техники, освоение новых способов печати, эксперименты со светом в павильоне, тренировки съемки на пленэре, изучение композиции фотографии по свежим изданиям, посещение выставок, музеев…

После 7-летнего обучения в мастерской Елкина Петр Оцуп отправляется с рекомендательным письмом учителя в студию Василия Ивановича Ясвоина, где проведет еще несколько лет. Параллельно начинает работать самостоятельно. В 1900 г. он принят в штат журнала «Огонек». В 1904–1905 гг. Оцуп снимает на Русско-японской войне. В 1904 г. журнал «Нива» сообщает, что к театру военных действий Русско-японской войны направляются фотограф Виктор Булла и художник Виктор Табурин. Там уже снимает Петр Оцуп. Так впервые сходятся пути двух фотографов.

Виктор Булла и Петр Оцуп родились в один год, им было едва по двадцать лет, когда они уезжают на свою первую войну. Это период романтического фотографического состязания. С этого момента начинается скрытое соперничество между младшими представителями фотографических династий Булла и Оцупов, которое прервал лишь расстрел Виктора Буллы в 1938 г.

С фронта Русско-японской войны в 1905 г. Оцуп возвращается в Петербург, бурлящий революцией. В 1907 г. он подвергается аресту «за распространение прокламаций», после двух месяцев в одиночке Литовского замка и ссылки в Старую Руссу возвращается в журнал «Огонек». По редакционному заданию Оцуп работает вплоть до 1917 г.

...Для фотографов старой школы была характерна особенность съемки, присущая в полной мере и Оцупу: экономность кадров, граничащая со скупостью. Основываясь на воспоминаниях Оцупа о съемках 1918–1921 гг., можно предположить, что он и в ранний период работы (в 1901–1918 гг.) делает лишь одиндва кадра каждого сюжета.

Эта экономность съемки была продиктована, с одной стороны, ограниченным запасом съемочных материалов, с другой — мастерством фотографа, выбирающего «правильные мгновения», момент смыслового соединения удачной композиции и эмоциональной насыщенности сюжета. В репортаже Оцуп был точным стрелком, как будто он управлял временем на съемках; в преддверии кадра становился медлительным, смаковал секунды перед тем, как спустить затвор…

В 1911 г. в Петербурге состоялась первая персональная экспозиция фотографий Оцупа, среди прочих там были портреты ведущих представителей российской интеллигенции того времени: Льва Толстого, Антона Чехова, Ильи Репина, Валентина Серова, Федора Шаляпина, Сергея Рахманинова и других.

Год двух русских революций 1917 — Оцуп проводит в Петрограде. Он, как и многие другие фоторепортеры российской столицы, снимает для изданий происходящие в городе события. Наиболее характерными иллюстрациями исторических перемен в стране служат, безусловно, уличные беспорядки, массовые митинги и демонстрации.

Издания 1917 г. публикуют снимки Виктора Буллы, Якова Штейнберга, Павла Жукова, Петра Оцупа и других. К сожалению, в дальнейшем исторические труды в качестве иллюстраций, как правило, воспроизводили снимки Буллы (без указания авторства) и Оцупа. В истории это позднее распределение акцентов привело к сложению легенды об Оцупе как едва ли не единственном фотографе знаменательных событий революции в Петрограде.

В июле 1917 г. Петр Адольфович делает заказной портрет Михаила Ивановича Калинина, избранного городским головой Петрограда. Это стало началом знакомства и многолетнего приятельства государственного мужа и фотографа. Их пути пересеклись не только в 1917 г. в революционном Петрограде, но и в 1918 г., когда, вероятно по ходатайству Калинина, Оцуп получает доступ в Смольный и снимает Ленина, а потом в Москве, где

Оцуп становится руководителем «Фотографии ВЦИК» (и первым снимает Калинина в должности председателя этого важнейшего коллективного органа управления советским государством).

Оцуп сопровождает Калинина в его ежегодных поездках на родину, в Тверскую губернию, где фотографирует одного из руководителей государства во время разговора с односельчанами, на сенокосе, в окружении детей. Его репортажные портреты Калинина и крестьян шедевры фотографического мастерства,точные по композиции, свету, настоящие многофигурные исторические картины. Сделанные в самом начале 1920-х гг. такие фотографии, как «Калинин и деревенские дети», «Калинин на сенокосе», опережают появление живописных полотен «на современные сюжеты» с участием узнаваемых персонажей. Они, по сути, являются прообразом того вида художественного агитационного продукта, который советская власть требует с начала 1920-х гг. от живописцев столь настойчиво, возможно, имея яркие образцы нового жанра в фотографии.

...В конце октября 1917 г. Оцуп оказывается в Смольном, где находится штаб руководителей Октябрьского вооруженного восстания большевиков в Петрограде. Сохранились фотографии Оцупа, изображающие революционных рабочих и матросов в Петрограде осенью 1917 г. Стилистически они напоминают опубликованные в «Огоньке» снимки дореволюционных событий, особенно Русско-японской и Первой мировой войн. В той же стилистике Оцуп снимает и во время Гражданской. Чаще всего это изображения парадов, марширующих и стоящих во фронт колонн военных, техники.

Один из характерных приемов Оцупа в военной съемке — динамичная диагональ композиции, линия воинов, начинающаяся за пределами кадра и уходящая в перспективу в глубину так же без видимого конца. Центр композиции — центр фокуса, причем резкость выставлена по середине глубины кадра, так что трубач, знаменосец или командир, находящийся там, даны с максимальной детальностью. Остальное же изображение производит сильное впечатление своей бесконечностью, неостановимостью, бескрайностью.

Сделанные в 1920–1930-х гг. отпечатки большого формата с негативов Гражданской войны свидетельствуют, насколько выверенными были композиционное и тональное решение этих сюжетов. Диагонали Оцупа не воспринимались им как композиционный прием нового стиля, скорее, сюжет ведет фотографа за собой и диктует ему форму отображения. За пять лет до сложения теории конструктивистской фотографии Александра Родченко Оцуп показывает вариативное разнообразие приемов диагонального активного построения кадра.

Для Оцупа характерно соединение диагонали и низкой точки зрения, еще более усиливающей геометрию кадра и придающей еще большую монументальность и скульптурность объемам на снимке. Этот прием усиливает впечатление картинности, масштабности изображаемых событий. Мы бы назвали оцуповские диагонали приемом эпохи, уже существующим, но еще не осмысленным в начале 1920-х гг.

...С 1918 г. правительство советского государства работает в московском Кремле. Там же с 1918 г. работает Петр Оцуп. На протяжении 1918–1935 гг. он снимает высших должностных лиц государства, Коммунистической партии, высших военачальников Красной Армии. Оцуп не был единственным фотографом, работавшим над портретами первых лиц. Но он руководил «Фотографией ВЦИК» с 1918 по 1925 г. и «Фотографией ВЦСПС» с 1922 по 1935 г.

В 1920–1930-х гг. Кремль был не только центром советского государства, но и жилым комплексом, городом в городе, отделенном от Москвы кремлевской стеной. Поэтому неудивительно, что в наследии Оцупа есть снимки Сталина с женой в автомобиле, Сталина, идущего на съезд партии по кремлевским улочкам, внутренних караулов Кремля и другие фотографии из жизни «запретного города».

Но, в первую очередь, задачей Оцупа — фотографа правительства — было создание парадных портретов деятелей советского государства. Портреты делались в рабочих кабинетах и в ателье фотографа на фоне нейтральных задников. Во многих работах Оцупа-портретиста особое значение имеет ретушь на негативе. Фотограф применяет этот старинный прием фотоателье для создания идеализированных портретов. Нереальная гладкость и округлость щек немолодых военачальников и отсутствие морщин на лбу государственных мужей превращают их в архетипических героев народной культуры, над которыми не властно время.

Так же иконописец в лике отказывается от временного, но должен написать опознавательные знаки святого (борода, форма носа, губ; соблюдение пропорций лица), но не зафиксировать его возраст, его минутное состояние: для иконного лика нет изобразительной категории времени. Подобно иконописцам, Оцуп придает героям своих портретов вневременные канонические черты: вечно моложавый веселый Сталин, вечно молодцеватый Ворошилов, усатый Буденный… Создание фотографического портрета превращается в акт творчества, направленный на канонизацию образа, извлечение его из времени.

Это особенная задача официальной портретной фотографии была выполнена Петром Оцупом в 1930-х гг. Его портреты вождей не имеют авторства в распространенном понимании этого феномена: узнаваемого почерка, стиля изображения, приемов оформления фона при печати, приемов подачи напечатанного произведения… И здесь напрашивается вновь параллель с иконописью с отсутствием подписи иконописца на сделанном его руками изображении.

Оцуп ощущает себя причастным творчеству культа, к созданию официальной государственной иконографии. Это большая ответственность и честь, которые выше сиюминутных эмоций на лицах героев снимков, выше его личного стремления быть узнанным по стилю фотографии. Он как бы отказывается от права быть художником, воплощая задачу большего масштаба — управление изображением.

Оцуп сошел со сцены официального государственного портрета после смерти И.В. Сталина, новые вожди имели новых художников. Но уход на покой фотографа после шестидесятилетнего активного творчества в профессии свидетельствовал еще и о смене изобразительного стиля в стране.

Творчество Петра Адольфовича Оцупа создавало преемственность между высокопрофессиональной школой студийных фотографов России конца XIX начала ХХ в. и школой официальной репортажной и портретной фотографии Советской России 1930–1960-х гг. И хотя среди его непосредственных учителей нет крупнейших имен истории российской фотографии XIX в., учеба и профессиональное становление Оцупа в С.-Петербурге — Петрограде оказали огромное влияние на классицизирующий стиль его фотографии.

Если же говорить о мировом фотографическом контексте для произведений П.А. Оцупа, то феномен 1920-х гг. официальная фотография первых лиц государства во Франции, США, Италии — чрезвычайно близок по своей стилистике иконографическим поискам советского фотографа. Как и его западные коллеги, он активно применяет графические техники ретуши, тонкую работу со светом, маскированную печать для создания портретов, стилистически восхо дящие к холодному предстоянию парадных исторических живописных полотен. Более поздние официальные портреты европейских и американских авторов становятся эмоциональнее, благодаря этому — человечнее; со временем фигура «фотографа-снимающего-президента» становится публичной. В этот период мировой истории портретной фотографии Оцуп не шагнул, оставшись автором фотографий знаменитых исторических событий, героев Истории, но мастером без громкого собственного имени.
F&V






КОММЕНТАРИИ к материалам могут оставлять только авторизованные посетители.
konstantin beletski
лица эпохи


Материалы по теме

Московский палимпсест. Михаил Дашевский

Московский палимпсест. Михаил Дашевский

Представляем удивительные истории, созданные классиком жанровой городской фотографии на пергаменте старой Москвы
18.11.2015
Искусство искусства. Владимир Клавихо-Телепнев

Искусство искусства. Владимир Клавихо-Телепнев

18.11.2015
Образ и чудо. Георгий Колосов

Образ и чудо. Георгий Колосов

Возможно, портрет — главный жанр фотографии
24.09.2015
Знакомые лица. Евгений Военский

Знакомые лица. Евгений Военский

24.09.2015

Foto&Video № 11/12 2015 СОДЕРЖАНИЕ
Foto&Video № 11/12 2015 Портфолио. Искусство искусства. Владимир Клавихо-Телепнев
Портфолио. Московский палимпсест. Михаил Дашевский
Письма в редакцию. Письмо 80. Ода возрасту. Авторская колонка Ирины Чмыревой
Опыты теории. О статичном и динамичном. Авторская колонка Владимира Левашова
Тест. Широкоугольный объектив Zeiss Batis Distagon T* 2/25
Тест. Фикс-объектив Yongnuo EF 50/1.8
Тест. Зеркальная фотокамера Nikon D7200
Тест. Смартфон LG G4
Тест. Монитор LG UltraWide 34UC97
Читательский конкурс. Альтернативная реальность. Тема — «Коллаж»
Практика. Изменение видимого. Фотографическая монотипия
Практика. Дело по любви. Создание мягкорисующих объективов
Практика. От Цюриха до Женевы. Тревел-фотография: Швейцария
Репортаж. Диалог открыт. Фестиваль «Фотопарад в Угличе — 2015»; Ярославская обл.
Репортаж. Общность памяти. Фестиваль PhotoVisa 2015; Краснодар
Репортаж. За свободу слова. Фестиваль Visa pour l’Image 2015; Перпиньян, Франция
Моя фотография. Фарит Губаев: «Анри Картье-Брессон»

Календарь событий и выставок

<< Декабрь 2018 >>
      12 
 3456789 
 10111213141516 
 17181920212223 
 24252627282930 
 31 
Сегодня
19.12.2018


(c) Foto&Video 2003 - 2018
email:info@foto-video.ru
Resta Company: поддержка сайтов
Использовать полностью или частично в любой форме
материалы и изображения, опубликованные на сайте, допустимо
только с письменного разрешения редакции.

Яндекс цитирования Rambler's Top100