АВТОРИЗАЦИЯ | Регистрация |
  
ПОИСК
 
EN

RU



Тени яростного мира



29.03.2006

Сложный и противоречивый процесс инициации подростков во взрослый мир. Детские лица и взрослые эмоции.  Борьба за признание индивидуальности. Взгляд становится откровением. Откровением пограничного возраста

Подросток — маргинальное состояние. Каждая из культур предлагает свои рецепты инициации из мира детства в мир взрослых. Крах культуры означает крах механизмов, адаптирующих ребенка в социуме. Неважно, будет ли это крах традиционной культуры, культуры патриархальной, матриархальной, культуры большой неделимой семьи (крестьянской культуры) перед лицом урбанизма или крах культуры, зиждущейся на определенной идеологии/религии перед лицом наступающей глобализации. Крах культурных механизмов, защищающих взрослеющего, сталкивает его лицом к лицу с яростью взрослого мира.

Дети — отражение мира взрослых. Более острое, осколкообразное. Детская ярость и ненависть не знают границ, у них нет механизмов сдерживания, которые есть у взрослых, живущих в условиях общественного договора. Будет ли ребенок, не знающий смысла смерти и не изведавший боли, мучить животное, или будет ставить эксперименты над собственным телом в попытке понять его строение, он будет идти до конца, как в игре с машинками, разбитыми вдребезги затем, чтобы понять их строение. У подростков, которые еще дети, не выстроены защитные и сдерживающие механизмы, и детская жестокость поражает даже взрослых своей беспредельностью. Дети — ангелы; пока они не войдут в возраст половой зрелости, учат традиционные религии, у них еще нет грехов. Но те же дети со звериной реакцией и изощренностью ума порою кажутся существами, в которых еще не вложена душа: есть ум, есть изобретательность, ловкость, но нет сострадания. Их поведение сродни цивилизации, выросшей без опоры на культуру, на механизмы самосохранения: есть возможности к развитию, вплоть до самоуничтожения.

Евгений Мохорев вошел в фотографию на рубеже 1980-х — 1990-х гг., будучи совсем молодым человеком, который сам едва минул возраст «Подростка» Достоевского. Как и классик русской литературы, Мохорев — дитя Петербурга, города столь же необыкновенного для русского ландшафта, сколь и искусственного, вобравшего в себя квинтэссенцию русского культурного мятежа XVIII и последующих столетий. В ранних фотографиях Мохорева город был одним из равноправных героев наравне с подростками.

Тема взрослеющего человека, у которого впервые возникает вопрос самоидентификации и ощущение полноты собственного «я», была абсолютно новой для российской фотографии. Эта тема — один из разделов многомерной темы индивидуального, темы, практически отсутствовавшей в советский период воспевания коллективного. Мохорев стал носителем «темы» новой эпохи. Разрушенная, но не до конца изжитая в общественном сознании, превратившаяся в неосознанный набор стереотипов коллективная культура советского времени обрекла Мохорева на роль изгоя: подростки — еще не взрослые, уже не дети, их откровенная саморепрезентация перед камерой — слишком подозрительным казалось это для ревнителей традиционного коллективного «я».

Петербург постсоветского времени, постепенно, дольше, чем за десятилетие очищающийся от хлама упадка, остается в работах Мохорева важной темой. Заброшенный в угоду столице-Москве Петербург-Ленинград, столица досоветской России, в начале перестройки был символом, многозначность которого вмещала в себя созвучия с темой обездоленного детства.

Постепенно Петербург преобразился. Теперь у Мохорева город и дети разведены: город — тема 35-миллиметровых штудий фотографа. В них он проявляет себя лирическим и жестким режиссером, разыгрывающим мизансцены в барочных и классицистических декорациях города Петра. Дети, подростки — тема продолжающегося проекта портретов, снятых в основном широкой камерой. Мохорев все больше сосредотачивается на портретах, на проявлении взрослых эмоций, теней взрослых мыслей на еще детских лицах героев. Мохорев, как и раньше, не работает с «детьми улиц», бездомными, беспризорными. Его герои в большинстве своем дети из благополучных семей. Но в процессе диалога с фотографом с их лиц уходит маска защищенности, обнажается напряжение, которое не вооруженный талантом взгляд в состоянии уловить лишь в лицах детей улицы, постоянно вооруженных собственной агрессией против агрессии окружающего мира.

Мохореву удалось зафиксировать конфликт между подростком и миром взрослых, конфликт, обнажившийся в период перестройки, когда крушение советской культуры повлекло за собой крушение идеологических устоев, на которых строился непрочный, как выяснилось, фундамент личности людей советского времени. Человек в период перестройки оказался один на один с сартровским ужасом собственной экзистенции. Этот ужас порождает в человеке ярость сопротивления собственному знанию.

В постперестроечное время первыми с темнотой завтра встретились подростки. Те, кто уже знают о существовании смерти, но еще не ощутили ее дыхания. На фотографиях Мохорева их лица опалены яростью сопротивления, борьбы за признание своего существования, своего «я». В каких-то снимках они еще невинны, как античные боги, но на многих они стоят перед камерой, ощущая собственную предельность и запредельность познаваемости жизни. Конфликт детского лица и взрослой яростной мысли, отчеканенной во взгляде подростка, делает портреты Мохорева конечными откровениями, подобными фотографиям мертвецов, привораживающим зрителя, который продолжает твердить о том, как ужасно то, на что он смотрит.

Ирина ЧМЫРЕВА

Все фотографии: © Евгений Мохорев


КОММЕНТАРИИ к материалам могут оставлять только авторизованные посетители.


Материалы по теме

Катрин Ларре. Детский мир

Катрин Ларре. Детский мир

Катрин Ларре создает работы согласно своим детским воспоминаниям. Для посторонней оценки этот мир является иллюзорным. Однако для самого автора, наоборот, крайне реалистичным, поскольку каждая фотография наполнена вполне определенным чувством
21.10.2014
Дмитрий Зверев. Другая фотография

Дмитрий Зверев. Другая фотография

Иногда техника настолько кардинально меняет съемочные приемы, что впору говорить о рождении нового направления
21.10.2014
Женя Миронов. Язык будущего

Женя Миронов. Язык будущего

Диптихи активно вызывают отклик у зрителя, способствуя появлению у него самых разных впечатлений. Пока работы сумбурны, но главное — участвуют в формировании визуального языка, которому пророчат большое будущее
17.09.2014
Александр Страулино. Внутренняя свобода

Александр Страулино. Внутренняя свобода

Самые легкие для восприятия, самые яркие и провокативные изображения всегда принадлежат чрезвычайно вдумчивым фотографам, которые стараются проникнуть в суть вещей. Только так можно получить максимальный визуальный эффект
21.08.2014

Foto&Video № 11 2014 СОДЕРЖАНИЕ
Foto&Video № 11 2014 Письма в редакцию. Письмо 73. Против течения. Авторская колонка Ирины Чмыревой
Репортаж. Вкус аналоговых технологий. Выставка Нины Тишиной «Кофеграфия»; Москва
Портфолио. Катрин Ларре. Детский мир
Портфолио. Дмитрий Зверев. Другая фотография
Репортаж. Все свое ношу с собой. Выставка IFA 2014; Берлин, Германия
Репортаж. Качество на год. Награждение EISA; Берлин, Германия
Репортаж. Визуальная основа. Выставка Photokina 2014; Кельн, Германия
Тест. Камера с суперзумом Nikon Coolpix P600
Читательский конкурс. Перерождение для обновления. Тема — «Ситуация»
Тема. Из коллекции Александра Китаева. Коллекционирование фотографий
Практика. Вечный праздник. Тревел-фотография: Испания
Практика. Рецепт стильного настроения. Фэшн-фотография
Репортаж. Реальность и вымысел. Фестиваль Photo la Gacilly 2014; Ла-Гасийи, Франция
Постные мысли. Настоящие чувства. Колонка главного редактора

Календарь событий и выставок

<< Октябрь 2014 >>
 12345 
 6789101112 
 13141516171819 
 20212223242526 
 2728293031 
  
Сегодня
26.10.2014


(c) Foto&Video 2003 - 2014
email:info@foto-video.ru
Resta Company: поддержка сайтов
Использовать полностью или частично в любой форме
материалы и изображения, опубликованные на сайте, допустимо
только с письменного разрешения редакции.

Яндекс цитирования Rambler's Top100