Ночь цвета радуги

Чехол штатива застегнут. Кофр защелкивается. Внутри — камера, объективы, мультиметр, вспышки и фильтры. Аккумуляторы… Нет, они в жилете, вместе с дождевиком и перчатками. Небо… Надеюсь, ночью облаков не будет.
Чем ближе к лесу, тем сильнее волнение. Ночная съемка — это гулкие удары сердца, тихие шаги по тропинке, ведущей в неизвестное, в мир, которого нет на карте. Это открытие нового континента, погружение в необузданную природу, окутывающую тебя густым маревом из запахов, звуков и вездесущих комаров. Это terra incognito, войти в которую можно лишь на пределе зрения, на острие чувства. Разум с его вздохами о технике здесь бессилен. Он должен уснуть на закате, когда растворяются цвета, формы, объемы и открывается вход в потаенные земли.

Медленно остывает пастельная синева неба, и глаз нехотя привыкает к повисающей над землей прозрачной дымке. Она беззвучно плывет от дерева к дереву, без единого всплеска обнимая их стволы мягкими, невесомыми руками. Уставший лес засыпает под шорохи, вздохи и приглушенный голос ветра. В траве вспыхивают зеленоватые маяки светлячков, обведенные тонкими нимбами тумана. Сонмы призрачных существ наполняют воздух, кружась в чудесном танце, стекая по веткам деревьев, мелькая над застывшей водой и рассыпаясь бисером росы на листьях болотных ирисов.

Дремотная, неслышно дышащая Земля скользит сквозь холодный пар звезд, возникающих над горизонтом еле заметными песчинками, взмывающими все выше и выше, чтобы растаять, сгореть в пламени восхода. Желтые, голубые, красные и оранжевые точки накаляются в вышине, и оттуда, как магические знаки, проступает тайнопись созвездий. То тут, то там по небесной дороге проносятся метеоры, как огненные колесницы, везущие мечту тем, кто сможет их остановить.

Волна ощущений захватывает настолько, что забываешь о пройденных километрах, неделях поисков и принесенных килограммах оборудования. Конечно, найденное место не всегда сразу пригодно к съемке, поэтому сначала проводятся «садовые» работы. Если какие-то детали пейзажа мешают, приходится менять композицию снимка. Еще до захода солнца надо установить камеру и найти все точки, с которых будет вестись подсветка. Правда, чаще выходит наоборот: до последней минуты все меняется и совершенствуется.

Напряженное ожидание «решающего момента» может длиться всю ночь, но когда он наконец-то настает, главное — вопреки всему успеть за полчаса-час (а то и быстрее) сделать несколько снимков: пока восходит Луна, летит по небу подсвеченное ей облако или проходит в кадре нужное созвездие. Надо спешить, потому что часа за два до восхода небо начинает светлеть и «стирает» почти все звезды.

Но всех этих трудностей на конечном слайде не видно. Наоборот, там растут пурпурные деревья с голубыми листьями, а над ними плывут оранжевые и отливающие золотом облака. В серебристой воде отражается фонарик восходящей Луны. Незримые нити тянутся от ее желтого диска, сплетаясь тончайшим узором чудесной ткани.

Друг за другом, как по команде, садится у берега утиная стая, раздвигая притихший воздух свистом крыльев. Ночь улетает со скоростью мысли, исчезая в предрассветном тумане и запахе утра. Она зовет за собой, манит качающейся на ветру Венерой, дрожью холодной Веги, звоном расползающихся от света Плеяд. Остаться нельзя, уйти невозможно. Сердце жжет память, силясь схватить, удержать, сохранить… Ночь забирает меня с собой. Она наделяет чувством, которое надо хранить. Хранить, чтобы вновь попасть в страну голубых деревьев, где с трепещущих листьев падают на землю золотисто-карие капли лунного света.

Текст и фотографии: © Андрей БЕЗЛЕПКИН

Камеры — Pentax K-1000 с объективами 35/2 и 50/1,4; Mamiya 645 Pro TL с объективами 35/3,5 и 80/1,9.
Подсветка — вспышки Metz 60 СТ-4 с набором цветных фильтров. Выдержка — от 1 секунды до 30 минут.
Пленка — Fujichrome Provia 100F, Velvia 50 и Reala 100