АВТОРИЗАЦИЯ | Регистрация |
  
ПОИСК
 
EN

RU

Дикие ощущения



16.11.2005

Существует масса шаблонов, которые фотографы используют при съемке пейзажей, дикой природы. Однако по сути это есть видение не самого фотографа, но его стереотипного мышления. Задача — уйти от этого и увидеть природу именно своими глазами. Оказывается, эта задача не всем под силу

Бреду по кореженной буреломом, болотистой тайге, с трудом вытаскивая ноги из трясины. Тишина. На полтора миллиона гектаров национального парка Водлозерский всего 700 жителей. Да и те скучковались вокруг деревни Куганаволок по берегам озера. Шанс на случайную встречу с человеком можно математически просчитать, и думаю, он равен шансу встретить медведя. Хотя вру — у медведя шансов больше, ведь он давно тут рядом бродит, около моей заимки.

Заходится, захлебывается в лае собака, не отбегая, однако, далеко от порога. Аж подвывает от страха. Мы с мишкой одного роста. На деревьях у тропинки, на высоте вытянутых рук когтями содрана кора, а где голова — они крепко покусаны до золотистой глубины. Тут и глупец поймет, что это — злое предупреждение. Вспоминаю, как Маугли говорил какому-то зверю: «Мы с тобой одной крови». Но я не очень чувствую родство и с опаской вглядываюсь в еловый сумрак девственного леса.

По пути присматриваюсь к деревьям, прикидывая, как на них взлечу, бросив кофр и штатив. С кофром тогда придется попрощаться — разорвет его зверь. Фотоаппараты и оптику, наверное, потопчет в мокром мху, что тоже неприятно. Но, главное — самому бы выжить. А деревья, как назло, все вокруг — ветвистые снизу до верху ели или голые сосны с вершиной в небе — ни за что не взберешься. Вспоминаю, что медведю можно бросить куртку, как те два лесника, которые выиграли так пару минут и добежали до спасительной лодки. Ну и хрен с ней, с любимой «натовской» курткой, бежать будет не так жарко. Мне кажется, что я внутренне готов, но сейчас точно не скажу, как поступлю. Может, застыну столбом, а может, умру на месте.

Я — фотограф, желающий прикоснуться к первичной реальности. А это требует напряжения. Это не сидение у телевизора и не перелистывание глянцевого журнала с обработанными в компьютере видами тайги. Это потная проза рюкзака, гиря фотоаппаратуры, тушенка на обед, холод и дождь, ночные шорохи и дневные страхи. Но так надоело все вторичное, ворующее время и не дающее насыщения, и только создающее иллюзию сытости впечатлений.

Здесь нет собеседников, а в радио — лишь песочный шорох небесного электричества. Здесь только чистый лист блокнота — единственный благодарный слушатель. Конечно, я разговариваю и с собакой, и с белкой, что шарит под окном, и с маленьким крапивником, скачущим рядом на спичечных лапках. Иногда уважительно поглажу по грубой коже трехсотлетнее дерево, скажу ему несколько ободрительных слов, типа: «Ну-ну, старик, держись». Говорю с пойманной щукой, бронзовой от настоянных на мхах болотных вод. Отпускаю ее домой в реку из жалости к ее молодости и красоте. «Иди, дорогая, и прости меня, ведь есть у меня еще макароны и каша, не умираю пока от голода. А тебе каково тут выживать, одной из тысяч икринок». Говорю и с глухарями на высокой осине, кричу им: «Ребята, я свой!». Не верят. Никто не отвечает мне на человеческом языке, но все — точно слышат.

Девственная тайга содержит в себе немного знакомых визуальных ассоциаций. Отвыкли мы от нее, давно живем в каменной тайге городов со своим набором намеков. Я не говорю о типичных, приевшихся уже лесных штампах, о комлях, похожих на всклоченного лешего, об упавшей сосне с картины Шишкина, о русалочных прядях водорослей, змеящихся в струях реки, или о камне, с которого бросилась в воду Аленушка. Они остались в каждом от детства, от милых сказок и мультиков.

Я могу запросто сделать в тайге фотографии, напоминающие эти сказки, но разве за этим я здесь? Тогда получается все просто, до скуки, как привычная работа. Да и девственная тайга — не декорация для детских фантазий. Имеет она свою, сокрытую от городского человека жизнь, и время течет тут иначе. Не быстрее и не медленнее, а иначе. Время здесь складывается из разных сроков жизни разных существ, растений и камней, давая в сумме бесконечную жизнь одного гигантского организма, имя которому дикая природа.

Дикая природа самодостаточна и в человеке совсем не нуждается. Лишние мы тут со своими бульдозерами и вездеходами. Да и с фотоаппаратами тоже, хоть и чуть меньше. Она нас пока терпит, но дай волю, замотает в дебрях, утопит в болотах, засыплет опавшими листьями. И не от злобы и жестокости, а по неизменному своему свойству, которое заставляет ее каждый раз вновь и вновь возрождаться, не сетуя и не плача о потерях. Она — живая в естественной своей гармонии и мудрости тишины. Мы — действительно одной крови, хоть и забыли об этом в войне с природой. Мы были назначены ее рачительными хозяевами и защитниками, а стали заклятыми врагами.

Я не хочу быть таким. Я — фотограф, снимающий пейзаж. Я — разведчик и одновременно парламентарий от любознательной и миролюбивой части человечества. Но за всех, к сожалению, не смогу поручиться. Моя цель — понять самому и рассказать другим в фотографиях нечто новое. Не то, привычное и знакомое, чего ждут от меня зрители, расслабленные мозговой и душевной ленью. Хотя на деле это новое оказывается просто старательно забытым старым.

Не признаю творчества в том извращенном виде, который это понятие приобрело сегодня. В нем произвольно выбранные предметы мира — только буквы для выражения, часто болезненного, внутреннего состояния автора. Большинство фотографов снимают не живую реальность, а общее о ней представление, вновь и вновь собирая из давно готовых деталей конструктора свои «произведения».

Они используют проверенный психологами комплект: красное — тревога; синее — надежда; обкатанный волнами камень — женское тело; диагональ слева направо и вверх — взлет, а справа налево и вниз — падение; сходящиеся к центру линии — зовущая вдаль тайна. Мнимо-актуальными их делают только высокое качество и новомодные технические приемчики.

В этот комплект собраны «законы гармонизации изображения», приспособленные под специфику нашего физиологического и культурного восприятия. То есть, когда такой «закон» применяется к действительности, она тут же начинает выглядеть художественно. А что там было на самом деле — не важно. Реальность — только повод прокричать свое, выстраданное.

Безотказно работают и ссылки к интеллектуальной памяти, к проверенным, обкатанным образам. Это «рецептурное творчество», создающее по инструкции. Это замкнутый круг, по которому, словно сговорившись, вновь и вновь прогоняют зрителя авторы фотографий. И современная химера из телевизора и газет, которая нас захлестывает и уносит, создавая иллюзию активной жизни, бесконечно множась, торжествует в этих работах. Где тут открытие?

Уж не в революционных ли взломах табу и не в попирании ли многострадальной традиционной морали? К настоящему творчеству эти взломы не имеют отношенья, как вторичные по умолчанию. Может быть, в выворачивании наизнанку испорченных инстинктов и любования патологией, в отчаянном стремлении к оригинальности любой ценой? Такое «творчество», даже при неоспоримой его оригинальности, в первую очередь интересно психиатрам. Оно ничего не несет в себе, кроме шока и дальнейшего стойкого отвращения. Отмычек много, но ключ-то один.

Конечно, я и сам грешу вросшими в мозг тривиальными приемами, уже наработанными и другими, и мною самим. Без них мне часто не удается выйти на новое, которое дается по крупинкам, а не прибавляется весомой кучей. Зная себя, стараюсь побыстрее отстрелять заложенные штампы и ощутить пустоту, будто стоишь над обрывом и следующий шаг сделать некуда. Это мой личный сегодняшний обрыв, моя планка на нынешний день. Там, в кажущейся пустоте и лежит настоящий предмет творчества.

Он вначале неосознан, не имея для своего выражения ни слова, ни образа, потому что действительно нов для меня. Понимается добытое уже потом, попозже, через месяц или год. А пока, на съемке, отпускаешь отдыхать голову, и главным командиром — снимать или не снимать, — становится чувство. Наверное, это и есть интуиция, ведь мы все имеем в себе, и надо только желание и смелость раскрыться. Это как поиск вслепую недостающей детали, о которой забыл.

Что надо, чтобы «заработала» интуиция? Наверное, у каждого фотографа своя личная методика. Она и есть тот самый индивидуальный творческий процесс, о котором так много говорят и пишут, пытаясь свести его к доступной каждому чайнику «инструкции для создания шедевров». Но, как правило, большинство пишущих сами его не испытали, — я чувствую фальшь. Понимаю, очень здорово на определенном моменте умного рассказа вдруг многозначительно соскользнуть в необъяснимое. Так, многие пользуются и словами «любовь», «энергетика» или «мистика». Все это есть, но в таинственной, ненаучной сфере, лежащей вне разумной критики.

Для меня тут нет никакой особой мистики. Я знаю, что на деле мир бесцветен и невидим, что это всего лишь широчайший спектр электромагнитных колебаний, узкая часть которых «задевает» наши органы чувств, создавая не адекватную реальности «галлюцинацию». Реальность для нас, по большому счету, — виртуальна, словно нам снится фрагмент мира. Да и понятие красоты по-человечески субъективно, поэтому давайте не будем его серьезно учитывать, но будем лишь крупно иметь в виду. Для каждой эпохи и для каждой культуры это понятие рожали заново. Главное — это гармония, которая не зависит от наших определений красивости. Та ее часть, которую мы можем ощущать, лишь намекает на целое. Гармония существует — как будто бы ни для кого. Ни для кого — полыхает вечернее небо пурпуром, и ветер яростно срывает пену с гребней волн. Ни для кого — от угрюмой тучи отрывается винт смерча и с силой ударяет в озерные воды. А потом — висит над перламутровой водой радуга, вибрируя в каплях дождя, — и тоже ни для кого. Какая самодостаточная и невероятная расточительность! Какое активное, нескончаемое движение! Иной раз вдруг подумается, а может быть, это для меня, для фотографа. Но кто я, случайный в этой тайге, жмущийся со своими фотоаппаратами к мокрой сосне и кутающийся от ливня в тонкий плащ? Может, это величие и мощь для двух зайцев, что играют по вечерам невдалеке от моего костра? Может, это все для палевой лосихи, бредущей речной отмелью? Не знаю, может быть и для них, и для меня, и для этих древних елей, уставших от времени, и для этих напившихся дождя мхов. Но если сказать точнее, то все происходит не для нас, а с нами, и не зрители мы, а участники гармонии.

Чтобы творчески фотографировать дикий пейзаж, надо учиться понимать природу, становясь естественной частью ее бесконечной истории, пропуская через себя ее живые вибрации, маленькие и большие. Для этого надо мерзнуть вместе с заиндевелой травой, мокнуть вместе с пятнистыми мхами; обсыхать на ветру, греясь в скупых лучах северного солнца, а на рассвете — замирать от восторга вместе с зачарованным лесом. И ступать тихо, и больше молчать. Не стоит ничего выдумывать, а надо в гармоничной безмерности растворяться, сбрасывая привычные маски своей «неповторимой» индивидуальности. Надо перестать, наконец, бояться умирать от искрящегося и обжигающего восхищения, соединяясь с природной гармонией всеми молекулами души. А уж что там получится на фотографиях — покажет проявка.

Я знаю, что нет пределов в творческой работе с диким пейзажем. Все пределы — лишь в нас самих. Иногда всем вниманием пытается завладеть фотоаппаратура. Но я помню, что это всего лишь инструмент, вспомогательные машинки из металла и стекла. Можно ими любоваться и даже гладить, как умных работников, но содержать надо в полном послушании. Не полезно подменять цель средствами. Не логично любить дорогу больше цели.
Десять фотографов, снимающих один и тот же ландшафт, сделают десять разных фотографий. И это нормально, ведь индивидуальность не закопать. Только бездарности работают одинаково, а талант всегда уникален и непредсказуем. Немного порой обидно, что реальность уже кем-то сотворена, а роль фотографа — второстепенна. Но бояться этого не стоит, ведь земля так необъятна для человека с фотокамерой, что всегда получаются лишь разрозненные ее фрагменты.

Мы — больные дети асфальта и не сможем навсегда остаться в таежной гармонии, потому что просто погибнем здесь от зимы без заложенных с пеленок навыков и привычек. Сюда мы словно ныряем за потерянным когда-то жемчугом. Потом городская суета вновь будет пытаться затянуть нас в назойливые объятья. И какие-то люди будут что-то бессвязное говорить. И какие-то мелкие дела будут прикидываться важными и неотложными. Но мы теперь точно знаем, что такое реальность. Никто не сможет похитить память и осознание масштабов. Никто не сможет заставить вновь играть глупую роль в бездарном бытовом шоу — произносить заношенные тексты и воспроизводить ожидаемые жесты.

Конечно, так кажется лишь сейчас, и будет чуть иначе. Многое из понятого размоется, но останется чувство тоски о покинутом родном доме, где под хрустальными сводами небес парит одинокая страж-птица. И останутся немногие удавшиеся фотографии, в которых совпало творческое понимание и техническое воплощение.

Но творческая работа на съемке была ведь не сама для себя, а для некого зримого результата. Когда съемка «отлежится», придет время анализа. И тут тоже необходимы внутренние усилия, чтобы самолюбие и гордыня не заволакивали глаз. Чтобы не показалось, что ты уже Адамс или Сальгадо. Чтобы не придумалось, что у тебя особый путь, а прочие слепы, глупы и консервативны. Даже любить себя надо с умом. И себя завтрашнего любить больше, чем вчерашнего и сегодняшнего. А что делать с полученным результатом, и как жить потом — каждый пусть решает сам.

Виктор ГРИЦЮК
Все снимки: © Виктор Грицюк

-------------------------
Полный текст статьи читайте в 12 номере журнала «Foto&Video».


КОММЕНТАРИИ к материалам могут оставлять только авторизованные посетители.


Материалы по теме

Стремление к запредельному. Фотография Латинской Америки

Стремление к запредельному. Фотография Латинской Америки

Фотография Латинской Америки — terra incognita для российского зрителя. Теперь он имеет случай сравнить свои представления о латиноамериканской культуре, сформированные под влиянием литературы, живописи и музыки, с тем, как эта культура воплощает себя в фотографии
22.07.2015
Из коллекции Владимира Никитина. Коллекционирование фотографий

Из коллекции Владимира Никитина. Коллекционирование фотографий

Профессиональная работа с фотографией не затмевает ценности личных семейных архивов. Поэтому и в коллекции произведения «чужие» органично сосуществуют с частными
18.02.2015
Из коллекции Натальи Григорьевой. Коллекционирование фотографий

Из коллекции Натальи Григорьевой. Коллекционирование фотографий

С ростом числа работ и качества собрания все меньше значе ния придается частным эмоциям и все больше — пониманию общественной значимости своего дела
17.12.2014
Из коллекции Александра Китаева. Коллекционирование фотографий

Из коллекции Александра Китаева. Коллекционирование фотографий

Пока наследие скрыто — его будто и нет. Показывать свои коллекции, щедро делиться информацией о них — свойство западного мира. Нам же еще предстоит к этому прийти
21.10.2014

Foto&Video № 11/12 2015 СОДЕРЖАНИЕ
Foto&Video № 11/12 2015 Портфолио. Искусство искусства. Владимир Клавихо-Телепнев
Портфолио. Московский палимпсест. Михаил Дашевский
Письма в редакцию. Письмо 80. Ода возрасту. Авторская колонка Ирины Чмыревой
Опыты теории. О статичном и динамичном. Авторская колонка Владимира Левашова
Тест. Широкоугольный объектив Zeiss Batis Distagon T* 2/25
Тест. Фикс-объектив Yongnuo EF 50/1.8
Тест. Зеркальная фотокамера Nikon D7200
Тест. Смартфон LG G4
Тест. Монитор LG UltraWide 34UC97
Читательский конкурс. Альтернативная реальность. Тема — «Коллаж»
Практика. Изменение видимого. Фотографическая монотипия
Практика. Дело по любви. Создание мягкорисующих объективов
Практика. От Цюриха до Женевы. Тревел-фотография: Швейцария
Репортаж. Диалог открыт. Фестиваль «Фотопарад в Угличе — 2015»; Ярославская обл.
Репортаж. Общность памяти. Фестиваль PhotoVisa 2015; Краснодар
Репортаж. За свободу слова. Фестиваль Visa pour l’Image 2015; Перпиньян, Франция
Моя фотография. Фарит Губаев: «Анри Картье-Брессон»

Календарь событий и выставок

<< Декабрь 2017 >>
     123 
 45678910 
 11121314151617 
 18192021222324 
 25262728293031 
  
Сегодня
13.12.2017


(c) Foto&Video 2003 - 2017
email:info@foto-video.ru
Resta Company: поддержка сайтов
Использовать полностью или частично в любой форме
материалы и изображения, опубликованные на сайте, допустимо
только с письменного разрешения редакции.

Яндекс цитирования Rambler's Top100